Главная страница » Знаменитости » Розенбаум

Опрос

Любите ли вы чебуреки?

 
 
 

Александр Яковлевич Розенбаум коренной ленинградец - и этим уже многое сказано.
Вспомните о том, как начиналось ваше знакомство с его творчеством. Может быть, вы услышали много раз переписанную бобину с одесскими песнями в исполнении "какого-то эмигранта"? Или купили пластинку "Эпитафия" пока неизвестного вам автора? Скорее всего, вы сначала прослушали помногу раз его песни, мимо которых пройти невозможно: "Вальс-бостон", "Нарисуйте мне дом", "Казачья", "Есаул", "Утиная охота", "Вещая судьба", "Налетела грусть", "Бабий Яр", "Черный тюльпан" и многие другие, впитали в себя их какой-то особый и неожиданный для себя смысл, - а лишь потом заинтересовались автором.
До сих пор еще можно встретить людей, чье отношение к Розенбауму основано на сплетнях и слухах 80-90-ых годов, которых было и остается множество. До сих пор телевидение, радио и пресса зачастую обходят стороной ту категорию людей, которые во все времена имеют свое, ярко выраженное ДРУГОЕ мнение, - а именно к таким людям можно отнести Александра Яковлевича. "Нельзя обмануть народ" - поётся в его песне, посвященной Иосифу Кобзону.
Так давайте проясним ситуацию с биографией Розенбаума от момента рождения до начала сольной деятельности.
Александр Яковлевич Розенбаум родился 13 сентября 1951 года в Ленинграде, в семье студентов-однокурсников 1-го Медицинского института, Якова Розенбаума и Софьи Семеновны Миляевой. Год институтского выпуска родителей Саши - 1952-ой, последний год правления Сталина, ознаменовался известным делом кремлевских врачей и всплеском антисемитизма в СССР.
Семья Розенбаумов была вынуждена отправиться жить в Восточный Казахстан, в очень маленький город Зыряновск - туда даже не были проложены железнодорожные пути. В течение шести лет отец и мать Саши занимались врачеванием жителей Зыряновска - в основном, это были казахи и немногочисленные ссыльные, попавшие туда после концлагерей. Яков, по профессии уролог, был главным врачом городской больницы, профессия Софьи - акушер-гинеколог. В этот период в семье родился еще один сын - Владимир Розенбаум.
В пятилетнем возрасте Саша Розенбаум начал ходить в организованную ссыльными музыкальную школу, учился играть на скрипке. Он рано научился читать, но лишь бабушка, Анна Артуровна, сразу разглядела в нем свои нереализованные таланты и говорила: "Саша - исключительный".
С приходом к власти Хрущева и известной либерализации, Розенбаумы возвратились в Ленинград и снова поселились в доме № 102 на Невском проспекте. Двадцатиметровая комната в коммунальной квартире № 25, в которой они проживали вшестером следующих девять лет, и ленинградский двор-колодец оказали на Александра Розенбаума такое сильное влияние, что через 30 лет после этого он скажет: "Я все равно живу в этом мире, мне его очень не хватает".
В школу братья Розенбаумы пошли на улицу Восстания - школа №209, бывший Павловский институт благородных девиц. "Эту школу закончили мои родители, я и недавно - моя дочь, так что можем назвать ее нашей родной школой".
Много времени мальчики проводили во дворе, в компаниях, скрепленных своим дворовым братством, где Саша был заводилой. Мама отдала его в секцию фигурного катания, но сказалось увлечение боксом: в двенадцать лет он был принят в секцию по боксу "Трудовые резервы". "Занятия боксом меня научили рассчитывать свои действия, на эстраде тоже, представляя ее как ринг".
Музыкальное образование пришлось продолжать, обучаясь игре не на скрипке, а на фортепиано, сначала под руководством будущего педагога консерватории Ларисы Яновны Иоффе, а затем - талантливого учителя Марии Александровны Глушенко. Обучался Саша нехотя, явно предпочитая упорным занятиям на фортепиано дворовую игру в футбол или бокс. Однако в какой-то момент на Сашу произвело сильное впечатление выступление джазового ансамбля для обслуживания танцев, особенно пианиста. "Я решил стать тапером. Потянуло к роялю. Стал по слуху подбирать полюбившиеся мелодии, аккомпанемент к ним". Диплом об окончании музыкальной школы Саша получил только по настоянию матери, и он потом очень кстати пригодился в "Ленконцерте".
Соседом бабушки по квартире был известный гитарист Михаил Александрович Минин, у которого Саша научился первым гитарным приемам, а в дальнейшем игре на гитаре он обучался самостоятельно. Лет в пятнадцать-шестнадцать появились его первые стихи: рифмы непроизвольно рождались в сознании на школьные и домашние темы, иногда веселил друзей юмористическими стишками. Начал слушать и повторять запрещенные тогда песни Галича, Высоцкого и Окуджавы. Этот период в жизни Александра Розенбаума направил его к авторской песне.
Свою дальнейшую судьбу он решает связать с профессией своих родителей - медициной. Выдержав огромный конкурс, Саша, сразу после школы, в 1968 году, поступает в Первый медицинский институт в Ленинграде. Отзывчивый, компанейский, он охотно участвовал в студенческих сборищах, напевая свои стихи. Для институтского капустника были практически одновременно, с легкостью, написаны одесские песни, навеянные героем Исаака Бабеля Беней Криком. "... не мог просто так в 23 года написать, если бы кто-то не водил за руку:". Еще на первом курсе одна из песен, исполненная Александром на общегородском смотре в Доме культуры Ленсовета, попала в записи на Киевский фестиваль, где была отмечена призом "за зрительские симпатии".
В институтской жизни Саши были и поездки в стройотряд в далекую Ухту, где он получает квалификацию пильщика четвертого разряда, и несданный "хвост", оставшийся на осень, и даже прогул традиционной студенческой поездки на уборку картофеля, за что его со всей строгостью отчисляют из института. Астигматизм и близорукость не дают Саше возможность отправиться на службу в армию, и он устраивается санитаром в послеоперационное отделение, к самым тяжелым больным.
Приобщение к практической медицине побуждает оценить возможность обучения и, когда спустя год, начальство разрешает ему возвратиться к учебе, он осваивает медицинский курс упорно, с результатами отличными. Своей специализацией избрал терапию и в ее усвоении проявил незаурядную врачебную интуицию.
Первый брак Александра Розенбаума длится всего 9 месяцев. Через год после развода он женится во второй раз, на Елене Савшинской, студентке того же медицинского института, и через некоторое время в семье Розенбаумов рождается дочь, Аня.
В 1974 году, сдав на отлично все государственные экзамены, Александр получает диплом врача-терапевта общего профиля. Его специализация - анестезия, реаниматология. Поэтому пошел работать в не престижную скорую помощь, на Первую подстанцию, расположенную на улице Попова, д.16-б, неподалеку от родного института.
Почти пять лет проработал Розенбаум врачом скорой помощи - на переднем крае медицинского сражения за человеческую жизнь. Впоследствии он скажет: "Врач для меня, если он не ремесленник, хотя и в ремесле нет ничего плохого, однако если он врач-доктор, то он прежде всего психолог, то есть, когда вы приходите к больному, вы должны быстро установить с ним психологический контакт и чувствовать его". И еще: "То, что я вырос в халате, можно сказать, родился в халате - это принесло признание человека: когда слушал от родителей многое об их пациентах, много трагического, и когда мчался к больным, как врач скорой помощи, я и созрел, чтобы творить от имени людей. Поэтому не побоюсь самомнения - я мыслю массой людей: и не потому, что я некий Иисус Христос, а потому, что мое человечество - это всегда огромное количество людей больных, с трудными судьбами, которые я не в силу дарования, а в силу своей нормальной медицинской профессии узнал, впитал, пережил. Без медицины у меня, как певца-стихотворца, ничего бы не вышло".
В то же самое время, уже ощутив тягу к написанию и исполнению своих песен, Александр поступает в вечернее джазовое училище при Дворце культуры имени Кирова. Трижды в неделю, по вечерам, он старался постигнуть основы аранжировки, навыки джазовых композиций, и в результате получает диплом об окончании вечернего джазового училища.
Впоследствии Розенбаум вспоминал, что решение о перемене свершилось с неожиданной стремительностью, в течение трех дней. Это верно лишь отчасти. То, что он называл велением судьбы, назревало в течение нескольких лет, когда он, будучи врачом, выступал с песнями даже в эстрадных коллективах (см. раздел "Рок").
Ему всегда, как он признавался, "хотелось быть лучшим в своем деле". У врача было "было все в порядке, пока песня являлась хобби". А когда она становилась по существу второй профессией, нужно было выбирать". И неизбежно "почувствовал, что сижу на двух стульях, что это не только неудобно, но и нечестно. Надо быть либо врачом, либо артистом".
Началом сольной деятельности можно считать памятное выступление 14 октября 1983 года в Доме культуры МВД имени Дзержинского. На столь смелый шаг, как организация концерта певца с еврейской фамилией Розенбаум, решилась директор дома культуры Раиса Григорьевна Симонова.

ВАЛЬС-БОСТОН
На ковре из жёлтых листьев
В платьице простом
Из подаренного ветром крепдешина
Танцевала в подворотне осень вальс-бостон.
Отлетал тёплый день,
И хрипло пел саксофон.

И со всей округи люди приходили к нам,
И со всех окрестных крыш слетались птицы,
Танцовщице золотой захлопав крыльями...
Как давно, как давно звучала музыка там.

Как часто вижу я сон,
Мой удивительный сон,
В котором осень нам танцует вальс-бостон.
Там листья падают вниз,
Пластинки крутится диск:
"Не уходи, побудь со мной, ты мой каприз".
Как часто вижу я сон,
Мой удивительный сон,
В котором осень нам танцует вальс-бостон.

Опьянев от наслажденья,
О годах забыв,
Старый дом, давно влюблённый в свою юность,
Всеми стенами качался, окна отворив,
И всем тем, кто в нём жил,
Он это чудо дарил.

А когда затихли звуки в сумраке ночном -
Всё имеет свой конец, своё начало, -
Загрустив, всплакнула осень маленьким дождём...
Ах, как жаль этот вальс, как хорошо было в нём.

Как часто вижу я сон,
Мой удивительный сон,
В котором осень нам танцует вальс-бостон.
Там листья падают вниз,
Пластинки крутится диск:
"Не уходи, побудь со мной, ты мой каприз".
Как часто вижу я сон,
Мой удивительный сон,
В котором осень нам танцует вальс-бостон.

МОНОЛОГ ПИЛОТА "ЧЁРНОГО ТЮЛЬПАНА"
В Афганистане
В "чёрном тюльпане",
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу,
К русским зарницам
несёт ребятишек домой.
В "чёрном тюльпане"
Те, кто с заданий
Едут на Родину милую
в землю залечь,
В отпуск бессрочный,
Рваные в клочья...
Им никогда, никогда
не обнять тёплых плеч.

Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, "тюльпан" наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять "бача" подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют,
Которым в двадцать лет могилы роют.

Но надо добраться,
Надо собраться.
Если сломаться,
то можно нарваться и тут.
Горы стреляют.
"Стингер" взлетает,
Если нарваться,
то парни второй раз умрут.

И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём, от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы.
Идут из Пакистана караваны,
И значит, есть работа для "тюльпана",
И значит, есть работа для "тюльпана".

В Афганистане
В "чёрном тюльпане",
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу,
К русским зарницам
несёт наших братьев домой.

Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, "тюльпан" наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять пацан подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Которым в двадцать лет могилы роют.

БЕЛЛА
Фраер, толстый фраер
На рояле нам играет,
Девочки танцуют,
И пижоны поправляют свой "кис-кис".
Сегодня Ланжерон гуляет,
Сегодня Беллочка справляет
Свою помолвку.
Просим спеть её на бис.

Белла, не ломайся,
Не рассказывай мне майсы!
Помнишь, Белла, как в Херсоне
Мы давали изумительный гастроль?!
"Хрусты" летели и летели,
А мы с тобой давно вспотели,
Мы танцевали нежный танец "карамболь".

А потом прощались
Тёмными ночами.
Надо было что-то где-то
И кому-то вставить в бок.
Но мой знакомый опер - сука -
Меня замёл в тот день у Дюка,
И нам пришлось с тобой расстаться -
Вышел срок.

Что-то мало света...
Не пойти ль нам в кабинеты?
Толстый лабух нам сыграет.
Эй, маэстро, колыбельную давай!
Мужчина, я просю гарсона,
И чтоб извозчик был с фасоном,
А если будут беспокоить,
То стреляй.

Катим в дилижансе.
Шухер! Впереди кожанки!
Вот непруха! Это ж надо!
А какой чудесный вечер был!..
В петлице ландышей букетик,
У Беллы дамский пистолетик,
Который я на Пасху
Белле подарил.

Господа и дамы!
Вы ходите прямо.
Я пошёл налево,
Guten Abend, meine Lieben,
Белла, киса, не скучай!
Сэмен, ходите рядом сбоку,
Без Вас мне жутко одиноко.
Холера ясна,
Сёма, прыгайте в трамвай.













+180
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
наверх